Хэштег: #ГБР
Ищите во всех сетях!

Группа Быстрого Реагирования // Литература // От сумы и от тюрьмы... Генриха Падвы - рецензия

От сумы и от тюрьмы... Генриха Падвы - рецензия

Странное дело: в сентябре в наш отдел рецензий попало сразу несколько книг, и среди них – две книги воспоминаний, вышедшие в издательстве «ПРОЗАиК». Рецензию на одну из них мы уже размещали, теперь же пришло время поговорить о второй, не менее интересной и, я бы даже сказал, захватывающей работе – книге воспоминаний известного адвоката Генриха Падвы, которая называется «От сумы и от тюрьмы…». Во многом, этот томик стал настоящим открытием, так как Генрих Павлович – человек неординарный, его судьба переплелась с судьбами многих известных людей, если хотите, известных подсудимых. Здесь вы найдёте упоминания о Владимире Высоцком, Михаиле Ходорковском, Фёдоре Шаляпине и Борисе Пастернаке, Андрее Сахарове и Мстиславе Ростроповиче, а также о Вячеславе Иванькове, более известном под именем Слава Япончик.
Генрих Падва и Резник
Падва и Резник

В рецензии на книгу Анатолия Лысенко «ТВ живьём и в записи» я уже говорил, что читать мемуары людей, игравших и играющих до сих пор важную роль в обществе, удивительно интересно и полезно. Начинаешь анализировать свою жизнь, думать о том, чем бы ты сам смог в старости поделиться с людьми, какие встречи вспомнить, какие события ты наблюдал и был их участником. Конечно, не это главное, но на такой мысли я ловлю себя уже не первый раз. Но куда важнее то, что, читая мемуары таких людей, как Генрих Падва, человек читает саму историю. Её пишут не профессора в своих сомнительных учебниках (достаточно вспомнить, насколько спорными, а порой и просто бездарными являются многие учебники того же издательства МГУ – а это основное учебное заведение России!), и не исследователи, с завидной регулярностью находящие в каких-то неведомых глубинах новые страшные истории, которые, вроде бы происходили в прошлом. Историю пишут люди. История жизни одного человека – это составная часть истории целой страны. А уж в случае Анатолия Лысенко или Генриха Падвы, это совсем не малая её часть!

Итак, кто же такой этот герой нашего сегодняшнего рассказа? Автор книги – Генрих Павлович Падва – адвокат с мировым именем. Он защищал интересы огромного количества известных и, наоборот, простых людей, он положил начало отделению адвокатуры от государства, он выступал создателем многих юридических постулатов, в том числе – внимательного разбора половых преступлений, запрета уголовного преследования сексуальных меньшинств, необходимости отделения адвокатуры и её особого положения в судебном процессе. Генрих Падва – яростный противник смертной казни, отчасти благодаря нему было доказано, что смертная казнь противоречит современной Конституции, после чего на неё был наложен мораторий. Книга изобилует серьёзными размышлениями о тех или иных процессуальных нормах и даже основах уголовного законодательства, что мне, как юристу по образованию, было весьма интересно. Это не только разъясняет позицию самого адвоката, но и заставляет иначе взглянуть на некоторые вещи.

В борьбе с половыми преступлениями, впрочем, как и любыми другими, одни юристы бессильны. Только педагоги и врачи, психологи и родители, органы власти, общественные организации, всё наше общество в целом, вооружённое знанием законов, в состоянии более или менее успешно противостоять этому человеческому пороку, не обольщаясь надеждой на полное искоренение его.


Вот, к примеру, смертная казнь. Человек убил другого, с особой жестокостью и цинизмом. Достоин ли он смерти? Над этими вопросами спорят миллионы, и никто, включая профессоров и учёных, не может вынести окончательного вердикта. Потому что, во-первых, слишком велик риск лишить жизни невиновного, а во-вторых, как определять, кто из убийц – оступившийся человек, а кто – настоящий маньяк, которому не место среди людей. И даже если доказан прямой умысел, в наличии крайняя жестокость и высочайшая общественная опасность деяния, можно ли казнить? Разве не в перевоспитании заключается основная задача правосудия? Кто может доказать, что совершившего преступление человека невозможно перевоспитать?

Итак, с юридической составляющей всё понятно. Перед нами – адвокат, что называется, от бога. Профессионал, каких в мире не так уж и много. И уже это делает его книгу стоящей покупки и прочтения. Но юриспруденция занимает в книге не так уж и много места. Куда больше тут – прошлого, в котором было и хорошее, и плохое. Генрих Павлович много вспоминает о своём детстве, о той, старой Москве, которая, по его собственным наблюдениям, сочетала в себе столичную жизнь с каким-то провинциальным очарованием, которое ближе к эпохе застоя было уже полностью утрачено. Плановая застройка и попытки повысить благосостояние людей возымели действие, и близость жителей, их совместная жизнь были утеряны. Конечно, удобств не было, жили бедно и трудно. И всё равно, многие люди старшего поколения, в том числе и Падва, вспоминают о тех временах с неожиданной теплотой. Не оправдывая правовую систему СССР, говоря и про репрессии, и про поверхностное рассмотрение многих дел, Генрих Павлович всё равно каждый раз возвращается к обыденной жизни, интересным знакомствам, личным переживаниям. Не намного лучше отзывается он и о нашем времени, говоря, в первую очередь, о деле Ходорковского и Лебедева, ведущемся вопреки законам и нормам. Вот и выходит, что мы строили коммунизм и были бесправными, теперь строим демократию, а права наши всё равно нарушают с завидной регулярностью. А ещё говорят: два раза в одну реку…

Другим был и сам город, и его люди. Исчез из Москвы её провинциальный, её патриархальный, её самобытный дух. Люди стали более рациональными, деловитыми, увы – более хамовитыми, более агрессивными. Куда подевались истинные москвичи? Их вытеснила нахлынувшая масса провинциалов, и именно они – вот парадокс! – как раз и разрушили элементы провинциальности московской жизни.


Что мы имеем в результате? Книга Генриха Падвы «От сумы и от тюрьмы…» - это самые настоящие мемуары. Здесь – встречи с Владимиром Высоцким, его ранняя смерть, помощь близким Андрея Сахарова и Ростроповича, дело Ходорковского и многое другое. В них же – свидетельство того, как жила Москва, другие города, глубинка в разные времена, начиная с довоенного периода. Жаль, нет её современной жизни – что-то мне подсказывает, что на дорогах та же грязь, а деревни вымирают ещё быстрее, чем раньше. Вот только по распределению туда уже никто не приезжает помогать местным жителям справляться с какими-то трудностями. Есть в книге и щемящая грусть по утерянной навсегда Малой Родине, романтика первой любви, крепкая дружба. В общем, эта книга – человеческая жизнь с лёгким уклоном в право и адвокатуру. И это очень интересно. Советую книгу к обязательному прочтению любителям истории и мемуаров, юриспруденции и просто литературы.

Другие статьи:

Генрих Падва - От сумы и от тюрьмы - отрывок

Выскажись!



!